Меню Закрыть

27 ноября

Сухотинский
монстырь

История монастыря

031401
Преподобный Серафим Саровский

В истории духовного окормления русских женщин совершенно особое место принадлежит преп. старцу Серафиму Саровскому (†1833г.) окормление женщин подвижниц занимало большое место в жизни преп. Серафима. Основанные им монастыри были широко известны строгостью соблюдения устава, совершенным общежитием, аскетическим деланием.

В кругу подвижниц, сложившемся под влиянием преподобного Серафима Саровского, самой характерной чертой была совершенная преданность Богу. В своем духовном окормлении и руководстве старец особое значение предавал молитве и духовной любви к ближнему. Социально-благотворительную деятельность он не поощрял. Преподобны, может быть больше чем другие старцы, занимавшиеся духовным окормлением женщин, требовал от своих духовных дочерей аскетического делания.

Со страниц «Жизнеописаний отечественных подвижников благочестия» пред нами встают образы многих подвижниц, многие из которых вышли из одного и того же монастыря. Игумения Дорофея из Знаменского монастыря Тамбовской епархии, игумения Антония из Сретенского монастыря Тульской епархии, игумения Дорофея из Иоановского монастыря в Москве, схимонахиня из Сретенского монастыря под Каширой, схимонахиня Марфа из Арзамасского монастыря Нижегородской епархии, схиигумения Олимпиада Алексеевского монастыря г.Арзамас Нижегородской епархии, две затворницы Марфа и Евдокия из Харькова и многие, многие другие. Это свидетельство сохранившейся там живой аскетической традиции. В Нижегородской губернии, где расположена была Серафимо-Дивеевская обитель, наблюдался особый расцвет иноческого аскетизма. Возможно это и был отблеск духовного подвига преп. Серафима Саровского, который явил собой вершину русского благочестия XIX в.

Будущая игумения Дорофея, Вера Егоровна Кудрявцева – так она звалась до своего монашеского пострига – осталась со своей старшей сестрой Софией сиротами еще малолетками. Росли и воспитывались девочки в семье генерала как родные дети, окруженные любовью и заботой. Имея от природы способности к пению они собирали много слушающих, очаровывая их красотою пения и скромностью, но светская жизнь не привлекала их. Забота о спасении души влекла их к уединению в каком-либо монастыре. И они еще совсем юными решаются, оставив дом своего благодетеля, искать тихую пристань в бурном и страшащем своими соблазнами житейском море. Желая каждому спасения, Господь не без испытания ведет их к заветной мечте. Тайно оставив дом они устремляются в неизвестный, но желанный, а от того радостный для себя путь. Пережив испуг от погони за ними своего благодетеля и утомление необычного пути, они направляются к преподобному старцу Серафиму Саровскому, чтобы у него испросить благословения на последующую уже иноческую жизнь. Старец одобрил их намерения служить Господу, «благословил их намерения» и направил их к начальнице Нижегородского монастыря игуменье Дорофее Михайловой, которая, как говорил, преподобный «устроит вашу участь». Только заботами московской графини Орловой были получены необходимые документы от генерала и юные Вера и София были приняты в Нижегородский Крестовоздвиженский монастырь к игуменье Дорофее. Лишь спустя пять лет, убедившись в преданности избранному пути, совершенном удалении от мира, игумения Дорофея решается оставить их в монастыре, подписав указ 10 февраля 1825г. Вере было определно послушание на клиросе, а Софии – в больнице. Вскоре Софию Господь призывает к себе, а Вера проводит тихую и спокойную жизнь, усердно исполняя послушание, вознося к Богу свою любовь и мысли. 17 июня 1834г. она была пострижена в монашество с именем Дорофея. Незадолго до этого, вероятно уже перед кончиной старца, послушница Вера еще раз посещает преподобного Серафима Саровского, наставления которого сохранились в памяти молодой послушницы на всю жизнь. Особенно запомнились слова старца и не однажды повторенные им: «Иди послужи барыне, да берег-то укрепи, берег.» Под барыней она понимала Царицу Небесную и старалась служить Ей в меру своих сил и разумения. Провидя аскетическую жизнь будущей строительницы, старец благословляет ей железные вериги, которые по свидетельству матушек, хранились в деревянном сундучке и передавались последующим настоятельницам монастыря, и власяницу, которая при погребении матушки Дорофеи положена была, согласно ее словесному завещанию, вместе с нею в гроб. Они также часто видели, что вериги и власяницу по распоряжению игумении Дорофеи, — «возлагали по временам» на больных сестер или на впавших в какое-либо искушение и те чувствовали после этого заметное облегчение.

Подлинный смысл слов старца откроется лишь десятилетия спустя. Пока же по соседству, в Тамбовском уезде, на высоком берегу реки Нару-Тамбов, готовилось место молитвенных подвигов и предстоящих трудов по устроению славного Богородице-Знаменского Сухотинского женского монастыря.

Место будущего монастыря было избрано самой Царицей Небесной и находится под молитвенным покровом преподобного старца Серафима Саровского. Это имение отставного майора Петра Гавриловича и его жены Варвары Александровны Сухотиных в 30 км. к югу от Тамбова. Место это прекрасно. Небольшая река Нару-Тамбов, пробиваясь из-за невысоких, покрытых лесом гор медленно выходит на равнину, обхватывая место будущего монастыря с юга и запада. С северной и восточной стороны монастырь окружен густым лесом. Зимой и осенью, сбрасывая свою пышную зелень, он невольно возбуждал много скорбных дум и воздыханий о жизни, а весной переполнял душу сладостной надеждой на будущее обновление.

Случилось так, что Петр Гаврилович и Варвара Александровна заболели почти одновременно. Варвара страдала всеобщим расслаблением, особенно головной болезнью. В течение пяти лет она не только не могла посещать храм, но и не вставала с постели. Единственным утешением для нее оставались сердечные молитвы к Богу и частое причащение Святых Таинств. Петр Гаврилович, обращаясь за помощью к врачам, не только не получал ее, но казалось, ему становилось еще хуже. Утомленный болезненными припадками, однажды он заснул особенно крепко. Во сне ему является старец, подает ему икону Знамения Пресвятой Богородицы и говорит ему: «Купи себе эту икону, отслужи молебен, и ты будешь здоров». Кто был этот старец, больной не знал и совета его не исполнил. После этого болезнь его лишь усилилась, страдания его были не выносимы. В этом состоянии он просил помощи у Господа и облегчения своих страданий. И ему повторилось прежнее явление старца во сне. Не узнал Петр Гаврилович старца и в этот раз, но рассказал о своем сне супруге. Оба они были радостно удивлены тому, что и Варваре было точно такое же явление и точно такое же обещание.

Немедленно в Тамбове была куплена икона Знамения Божией Матери и отслужен перед ней молебен. После усердной молитвы перед иконой Царицы Небесной супруги получают благодатное исцеление от своих недугов. Обрадованные этим, они, будучи бездетными, дают Богу обет – устроить в своем имении иноческую обитель. Произошло это за год до смерти Петра Гавриловича в 1817г. Осталось тайной имя старца, изменившего жизнь супругов, приведшую их к исцелению, явленному им Царицей Небесной через свою икону Знамение. Примерно за 48 лет до этого события в недалеком от Тамбовщины Курске Матерь Божия через подобную икону Знамения исцеляет десятилетнего отрока Прохора, будущего подвижника и духовного руководителя первой устроительницы Сухотинской женской обители матушки Дорофеи. Вероятнее всего преподобный Серафим возлюбив Образ Пресвятой Богородицы Знамение, от которого получил исцеление сам и предложил приобрести подобную икону супругам Сухотиным, усердно просящим облегчения и помощи в своих страданиях. Будучи любимцем Матери Божией и сам имея искреннюю любовь к Ней он и полагает начало Богородице-Знаменской обители в Сухотинке. Месту, где будут собираться страждующие, полагающие надежду на милость и помощь Матери Божией и где через Свой Образ Знамение, Матерь Божия обильно подавала всем нуждающимся Свою помощь и утешение.

Утешенные исцелением Сухотины, строительство своей обители решают начать со строительства церкви во имя Знамения Пресвятой Богородицы с приделами во имя преп. Петра Афонского и великомученицы Варвары, своих небесных покровителей. В 1818г. в январе в ответ на свою просьбу Петр Гаврилович получает от митрополита Ионы разрешение и благословение на строительство церкви. К глубокой осени строительство храма было завершено.

В том же году 3 октября на 72-м году своей жизни скончался Петр Гаврилович, не увидев благолепия созидавшегося храма. Похоронен он был под построенным им храмом в каменном склепе, устроенном им самим. Похоронив супруга, Варвара Александровна, глубоко скорбя о потере, находит утешение в благотворительности бедным и страждущим и завершает строительство храма. Только в 1822г. Господь утешил ее Своею милостию. Храм был отделан, снабжен прекрасной утварью и торжественно освящен. Завершив строительство храма Варвара Александровна строит помещение для инокинь. Были построены несколько полукаменных двухэтажных и одноэтажных корпусов. И в 1825г. Варвара Александровна уже просит Священный Синод «дозволить ей открыть на своей господской усадьбе женский монастырь и саму приходскую церковь (вновь выстроенную Знаменскую) обратить в монастырскую. Священный Синод передает ее прошение Тамбовскому Преосвященному Афанасию для «сбора сведений и справок, необходимых по сему делу». Намерения Варвары Александровны вызвало бурю негодования и протестов у жителей с.Сухотинки против обращения храма в монастырский, о чем и заявлено было земскому суду и епархиальному начальству. Это спорное дело длилось долгие 24 года. Для Варвары Александровны оно принесло много огорчений, неприятностей и слез. Чтобы быстрее прийти к согласию Варвара Александровна строит деревянную Архангельскую церковь на кладбище в 1833г., снабжает церковной утварью и освящает ее. После долгих лет споров и противостояний здоровье Варвары Александровны резко ухудшилось. Усилились головные боли, и она просит Тамбовский Приказ Общественного Презрения «дозволить ей учредить в собственном ее доме богадельню». В этом же 1833г. указом Министра Внутренних Дел разрешается открыть богадельню на 30 женщин с обязательным условием — управлять ей самой Варваре Александровне. Получив указ Варвара Александровна готовит все необходимое для богадельни. Готовятся корпуса, кровати, шьется белье. В пользу богадельни Варвара Александровна передает всю свою господскую усадьбу со всеми постройками и каменной оградой. Передается весь сад, огород, 170 десятин луговой, под лесом и пахотной земель. При открытии были отслужены Божественная Литургия, совершено молебное пение с водоосвящением, и все корпуса богадельни окроплены святой водой. Состоялось открытие 14 сентября 1833г. Устроив богадельню, Варвара Александровна просит епархиальное управление деревянную Архангельскую Церковь из кладбищенской переименовать в приходскую, а каменную Знаменскую церковь и богадельню переименовать в женскую обитель. Владыка Арсений был согласен с Варварой Александровной и сам лично в письме убеждал прихожан с.Сухотинки принять предложение Варвары Александровны, в противном случае они «будут приписаны к Церкви ближайшего селения». Священный Синод, осведомленный о непрекращающемся споре между Варварой Александровной  и жителями с. Сухотинки, постановил поручить Синодальному обер-прокурору «рассмотреть спор в судебной инстанции с утверждением прав Сухотиной судебным приговором». Это постановление Священного Синода огорчило Варвару Александровну до глубины души. Утешаемая преосвященным Арсением, она забывалась – «в заботливости о призрении и успокоении в своем заведении бесприютных стариц и больных женщин» – от своих огорчений. В свободное от молитв время она вышивает и приносит в дар епископу Саратовскому Иакову прекрасной работы омофор, а некоторое время спустя золотой пояс и покрывало на аналой. Владыка в ответном письме благодарит Варвару Александровну за «гостинец» и сообщает, что уже служил Божественную Литургию под Тамбовским омофором. Утешая страдалицу владыка писал ей: «Не дивно, что Вы в горести, жена егда рождает скорби имеет, говорит Иисус Христос. Смотрите, от рождения одного младенца бывает скорбь, а Вы желаете дать бытие обители. Так может ли быть, чтобы сии роды людей многих, людей великих обошлись без болезней тяжких? Нет, Вам надобно будет потерпеть. По устройстве же святой обители, по введении в ней добрых порядков, по поступлении из оной подвижниц в царствие небесное, наступит для Вас минута небесных восторгов. Тогда-то   воспоете: теперь забываю мои горести и благодарю Тебя, Премудрый и Премилосердый». Но главным утешением для Варвары Александровны было устройство быта сирот и молитва совместно с собранными ею старицами. К «бесприютным» старицам и больным женщинам стали присоединяться и здоровые вдовы и девицы. Вскоре число живущих в богадельне доходит до пятидесяти. Здоровые, при поступлении, с усердием соглашались служить слабым и больным, помогать по хозяйству, готовясь в будущем поступить в число сестер ожидаемой обители. Но уже здесь, в богадельне, все непременно обязаны выслушивать утренние и вечерние молитвы. Поочередно читались Псалтирь и заупокойные молитвы. В праздничные и воскресные дни все обязаны быть в Церкви на богослужении. Одни пели на клиросе, другие читали, кто продавал свечи или несли другие необходимые послушания при службе.

Вскоре, на основе судебных разбирательств, Святейший Синод определяет «Сухотинскую обитель преобразовать в женский монастырь». От 28 сентября 1849г. Сухотинская богадельня становится женским общежительным монастырем «с призрением в ней и пребывающих там штатных богаделенных лиц». Монастырь именуется Богородице-Знаменский Сухотинский женский монастырь 3 класса. В монастырь определяется начальница в сане игумении, казначея, 15 монахинь и 15 послушниц. Устав общий общежительных монастырей. А чтобы живущие в монастыре могли ежедневно присутствовать при богослужении и и справлять необходимые свои монашеские правила, Святейший Синод предложил Сухотиной Варваре Александровне устроить в главном корпусе особо трапезную церковь. Содержаться монастырь должен на средства учредительницы, на средства, полученные от трудов своих или средства от благотворителей. Кроме того Варварой Александровной было еще пожертвовано монастырю около 13000 рублей и 250 десятин земли. Обращаясь в консисторию, она пишет: «что она находит необходимым в монастыре двух священников с назначением в 500 р. и двух причетников с назначением в 250р.»

Только в 1854г. после завершения отделочных работ Гавриило-Архангельская церковь определяется в приходскую церковь, а Знаменская становится монастырской. Владыка Николай, не подобрав начальницу для монастыря в Тамбовской епархии, обращается к Нижегородскому архиепископу Иакову с просьбой «избрать из числа сестер женских монастырей, ввереной ему епархии, монахиню, способную и достойную занять должность начальницы Богородице-Знаменского Сухотинского монастыря». Жребий падает на монахиню Нижегородского Крестовоздвиженского монастыря Дорофею Кудрявцеву. После долгих колебаний и усердных молитв Матери Божией «внушить ей решительность дать или не дать своего согласия на принятие ею столь высокой должности», и вспомнив слова Саровского подвижника старца Серафима: «иди послужи барыне», она решилась принять на себя должность начальницы Сухотинского монастыря. Поскольку в своем избрании матушка видела действие Промысла Божественного, с готовностью принимает на себя все труды и лишения. Владыка Иаков, переводя монахиню Дорофею из Нижегородской в Тамбовскую епархию, писал о ней: «что она послушания исправляет усердно и качеств очень хороших». Более 25 лет провела матушка Дорофея в Крестовоздвиженском монастыре, неся свое послушание. Жизнь ее проходила «тихо и покойно» и прощание с монастырем было трогательным. Много чистых и благодарных слез пролито было при прощании с сестрами и обителью, в которой много было пережито радостных, укрепляющих в любви к Богу и ближним, мгновений. В начале февраля 1850г. матушка Дорофея простилась с начальницею и сестрами Крестовоздвиженского монастыря, а с 14 февраля этого же года уже вступила в исполнение своих новых обязанностей по благоустроению Сухотинской обители. В этом звании матушка Дорофея, созидая и улучшая монастырь, все свое внимание и усердие сосредоточила на устроении внутренней, духовной жизни монашествующих и на «упрочении добрых порядков обители». Всем сестрам назначила послушания, соразмерные их силам и способностям. Строго наблюдая за их исполнением, она «неисправным» делала кроткие вразумления и наставления. Особо  строго следила она за исполнением послушаний по церкви. Как опытная в пении и несшая ранее послушание на клиросе, матушка Дорофея выбирает из сестер способных к пению и определяет им послушание на клиросе, обучая их уставу и нотной грамоте.

После смерти Варвары Александровны забот у матушки Дорофеи прибавилось. 13 сентября 1851г. после Божественной Литургии и панихиды тело Варвары Александровны было положено в склепе под пределом Знаменской церкви во имя Святой Великомученицы Варвары, освященном накануне. Все заботы по монастырю теперь были на одной матушке. Это время стало началом тяжелых трудов и многих огорчений.

Поскольку время подготовки и ожидания открытия монастыря продолжалось около 25 лет, то и строения, передаваемые монастырю были в основном ветхие. К монастырю отошел огромный деревянный господский дом, но уже старый с ветхой крышей, два полукаменных двухэтажных «флигеля» с ветхой тесовой крышей, три одноэтажных каменных флигеля с такою же ветхой крышей, четыре одноэтажных деревянных очень старых домика, десять ветхих деревянных изб, деревянная баня, несколько сараев, да каменная высокая ограда вокруг всего господского двора. Из имущества, которое перешло в пользование монастырю, было два комода, три шкафа, три дивана, тринадцать столов простых, сорок семь стульев разных, лошадь с упряжью, да корова с двумя телками.

Надежда на милосердие Божие, покровительство Царицы Небесной да молитва старца Серафима подавали начальнице дух силы и бодрости. Помнились матушке и слова старца. Во время своего посещения старца Серафима, матушка была у него в кельи. Преподобный насыпал в мешок картофель и велел матушке понести его. Когда матушка исполнила просьбу старца, он сказал: «ты можешь понести, устрой у себя богадельню, пусть там вяжут и прядут, а если не смогут пусть в церковь ходят, барыню-то уважай, да берег-то укрепи, берег». Вспоминала о беседе своей со старцем матушка «с необыкновенным восторгом и слезами глубокого умиления». По свидетельству самой матушки преподобный Серафим предсказал ей о больших предстоящих трудах при устроении монастыря и благословил на эти труды веригами и власяницей. Все эти труды не остались незамеченными. Неутомимая ревность, кротость и смирение были отмечены владыкой Николаем. в январе 1852г. он возводит матушку Дорофею в сан игумении.

После этого с особым рвением уже игумения по совету и с благословением владыки Николая матушка занялась расширением Знаменской Церкви, исправлением ветхих зданий и постройкой новых. Приобретается колокол весом 101 пуд (1616 кг.) и много других вещей и церковной утвари. Только в 1858г. смогла матушка укрепить берег по совету старца отца Серафима, считая это для себя священной обязанностью. «Чрезвычайно была рада» матушка, радовались и все сестры, когда устроена была плотина у подошвы берега вдоль всей усадьбы монастырской. Обсаженный деревьями берег реки Нару-Тамбов перестал обваливаться, угрожая монастырской стене и главному корпусу. По просьбе игуменьи, княгиней Екатериной Мамаевой приобретается дом в Тамбове для монастырского подворья. Но бывали и скудные дни, когда сама матушка игумения выезжала по сбору, посещая Москву, Петербург и тем поддерживая монастырь. Однако всегда Богородице-Знаменская обительделилась скудными средствами своими с нуждающимися. Матушка дважды получает «высочайшие благодарности», за пожертвования раненым воинам Крымской «компании» и в первую роту Тамбовской Дружины ополчения Казанской иконы Божией Матери. А в 1861г. награждается наперстным крестом за свои труды и усердие «в пользу монастыря».

Своими трудами и молитвой помогали матушке игумении: казначея – монахиня Дорофея (Киликовская), девица из Тамбовских дворян. Поступила в монастырь в 1885г., а в 1861 году пострижена в монашество. Ризничная – монахиня Евфалия (Осипова), девица из Тамбовских мещан. В монастыре с 1850 года, в монашество пострижена в 1854 году. Бывшая казначея – монахиня Асенефа (Матюнина), вдова из дворян, в монастыре с 1849 года, самая активная и усердная помощница игумении по благоустроению и украшению монастыря. Монахиня Агния (Петрова) дочь священника Нижегородской епархии. Перешла в Сухотинский монастырь вместе с матушкой Дорофеей, благочинная, возглавляла отделение «рукоделенных», занималась письмоводсвом. Особая роль в формировании аскетической жизни монастыря принадлежит схимонахини Митрофании (Максимовой), девице из мещан города Темникова. В Сухотинский монастырь перевелась из Нижегородского вместе с матушкой Дорофеей. Для сестер была примером в детской простоте и откровенности, в кротости и незлобии, в любви и ласковости ко всем. Саровский старец Назарий, посетивший Арзамасскую женскую обитель, где проходила свое послушание еще послушница Евдокия до своего перевода в Нижегородский монастырь, называл будущую подвижницу «юной старицей». Ей было в то время 12 лет. Отец Назарий наставлял ее: «Дал тебе Бог разум и волю – говори всегда правду. Люби Бога всем сердцем и имей страх Божий и узришь вечное блаженство. Посвяти от юности все труды твои Христу благоохотно и возвеселишься в старости о богатстве твоем. Со тщанием собираемое в юности питает и утешает во днях старческих. Будут тебя гнать – терпи, будут хулить – молись. Помни смертный час и спасешься. Не ищи славы земной, ищи славы небесной». Этими наставлениями матушка руководствовалась всю свою жизнь, являясь образцом для подражания, а благоразумными и мудрыми советами – «рукводительницею в подвигах духовных».

Жизнь Сухотинской женской обители была в свою очередь примером и образцом для мирян, которые стремились, на сколько было это возможно, постичь глубину духовной жизни, и ее цель. «Строго выполняя устав общежития, по примеру Крестовоздвиженского монастыря, сестры имеют общее содержание и общую трапезу. В этом отношении игумения для всех одинакова; нет никому отличия; а если бы она, по какому-нибудь случаю, дала или сделала кому что лишнее против других, то сестры, умертвившие в себе плотское мудрование, удерживаются от всякого ей прекословия и ропота такими успокоительными мыслями: «Так Бог положил на сердце Матушке, сердцем владеет и действиями ее руководит Он», — и с охотою и с усердием каждая занимается своим делом. От этого-то в монастыре и тихо и покойно!»

Монастыри – это самое драгоценное сокровище нашей жизни, наша гордость, с каким бы высокомерным презрением не относились к ним те, кто не знает духовной жизни, кто не хочет даже подумать о том, ради чего столь многие люди избирают этот жертвенный путь. Можно, конечно, говорить и о распущенности нравов в некоторых монастырях, и о ленности, о безделии монахов, и об их пороках. Нигде контраст между идеалом и жизнью не был так велик, как в монастырях, хотя и нигде больше он не переживался так глубоко и мучительно. Мы ценим монастыри как учреждение, в котором учение Церкви выразилось в самой жизни. Мы ценим монастыри, невзирая на их недостатки и немощи, ради тех святых жемчужин, которые сияют из-за их стен. Они были и остаются местом духовного и нравственного воспитания народа.

После событий 1917 года и в советское время на  территории  монастыря  размещались  разные  организации: приют  для  бездомных детей, в  годы  войны — госпиталь,  в  тридцатые  годы — дом-интернат  для  престарелых  и  инвалидов.  С 1990г. — психо-неврологический  дом-интернат.  Знаменский  храм  не  уцелел,  его  взорвали.  Как  говорят  очевидцы, кирпичом  мастили   дорогу,  ведущую  в  г. Котовск.    С  Иверского  храма  сняли  купола,  кирпич  использовали  для строительства  Котовского  дворца  культуры.  А сам  храм  стал  складом.  Казанская  домовая  церковь переоборудована  под  клуб.  Разрушалась  монастырская  стена,  ветшали  коммуникации…

76478295_serafima05jpgshimonahinya_Serafima
Схимонахиня Серафима (Белоусова)

Одна из славных страниц истории Богородице-Знаменского Сухотинского женского монастыря связана с не менее славным именем схимонахини Серафимы Белоусовой (Мичуринской). По свидетельству схимонахини Питиримы, матушка Серафима рассказывала, что однажды сильно заболела ее дочь Ольга: не спала ночами и даже не могла разговаривать из-за ангины. И тогда она решила ехать с ней к мощам святителя Питирима. Приехала, а народу – не войти в храм. А Ольга на руках плачет и плачет. Вдруг из храма выходит старец, берет матушку за руку и проводит вовнутрь. Он приложил девочку к мощам, помазал маслицем горлышко, и она успокоилась. Потом взял матушку за руку и повел. Вел долго и привел в обитель. Это был Знаменский монастырь в Сухотинке. Постучал. Ему открыла матушка, и он сказал: «Примите вот эту матушку с ребенком и уложите ее на самые белые постели. Пусть она тут побудет.» «Хорошо, хорошо», — ответила матушка из монастыря. Матушка Серафима протянула один рубль (в то время это были большие деньги). Старец деньги не взял, а сказал: «Я всем помогаю кто меня просит». Матушка поклонилась старцу в ноги, а когда поднялась, он исчез. Это был сам Святитель Питирим.

Матушка схимонахиня Серафима была великая подвижница и молитвенница. Она часто говорила: «Когда умру, приходите ко мне на могилку и просите, как у живой. Я умолю Бога, и Он пошлет вам все, о чем просите». Перед смертью она пророчествовала: «Я в Мичуринске долго лежать не буду, а буду в Богородице-Знаменском Сухотинском женском монастыре… Монастырь там будет славный, молитвенный…».